Беседуя вечером с женой, ходжа Насредин сказал: "Если завтра утром будет дождь, буду сидеть дома, мебель починю наконец, а не будет дождя — буду пахать". — "Прибавь: если будет на то Божья воля", — заметила жена. Но ходжа ответил: "Да при чём тут? Если будет дождь — дома сидеть, не будет — в поле работать, как иначе-то?"
В пять утра ходжа проснулся сперва от сильнейших ударов грома и стука града по крыше, а потом - от ещё более сильного стука в дверь: в дом ломились сипахи, воины Великого Султана. "Эй ты, — закричали они ему, — где тут переправа через реку?" — "Да вам вниз по течению ещё вёрст десять, потом свернёте на запад, а потом...", — начал объяснять ходжа. Но грубые солдаты, не дав Насредину опомниться, несколько раз ударили его. "Ах ты такой-сякой, марш вперёд, веди нас!" — и погнали его вперед, как он и был, в домашнем халате. Под дождём и градом, в грязи, ходжа Насредин довёл их до переправы. А сам уже ночью, избитый, полуживой, подошёл к своему дому и начал стучать в дверь. "Кто там? " — спросила жена. "Открой, это я, муж твой, если будет на то Божья воля".